24 704 / 2 479
Зарегистрировано пользователей: 24 704
Подтвержденных профилей врачей: 2 479
История медицины. Хирурги: великие и необычные
История медицины. Хирурги: великие и необычные
  • 1097
  • 0

История медицины. Хирурги: великие и необычные

По данным медицинского историка доктора Линдси Фитцхаррисса, даже в Викторианскую эпоху «хирурги никогда не мыли инструменты или руки. И даже сами операционные столы редко мылись. Эти места стали своего рода медленными машинами для убийства пациента, так как они практически всегда подхватывали смертельные послеоперационные заражения, иногда всего через несколько дней, а иногда медленно умирая от них в течении месяцев».

Также хирурги плохо понимали природу гноя. Несмотря на резкий запах, врачи полагали, что гной, исходящий из раны, свидетельствует о процессе заживления, а не о быстро растущей бактериальной инфекции. Британский хирург сэр Беркли Мойнихан (1865-1936) вспоминал, как его коллеги-хирурги ходили на работу и входили в операционную в старых хирургических фартуках, которые были «жесткими от засохшей кровью и гноя».

Викторианская эпоха хранит воспоминания и о курьезах, связанных с хирургами: в 1865 году скончался популярный хирург доктор Джеймс Барри. Его надгробие гласит: «Доктор Джеймс Барри, Генеральный инспектор больниц». Он считается одним из самых успешных хирургов в викторианской истории. Но на деле Джеймс Барри (в точнее, его личность) — образ, который придумала и примерила на себя женщина по имени Маргарет Энн Балкли.

Девушка с юности мечтала стать врачом, но женщин на подобную работу не пускали и не давали соответствующего образования. Тогда Маргарет Энн решила стать Джеймсом Барри. Под этим именем она поступила на службу в армии как доктор и в 1826 году провела успешное кесарево сечение в Кейптауне — за семь лет до того, как подобную операцию впервые сделали в Великобритании.

Всю жизнь Джеймс Барри доверял лишь своему помощнику. Правда случайно открылась горничной, обмывавшей тело Маргарет после смерти. Вскоре эту информацию поспешили засекретить, чтобы предотвратить развитие скандала. Лишь в начале XXI было проведено профессиональное исследование, подтвердившее, что Джеймс Барри реально был женщиной.

К сожалению, Викторианские больницы считались в большей степении «домами смерти», чем «домами исцеления». Интересно, что за операциями наблюдали десятки любопытных зевак. Перелом в показателях смертности произошел благодаря создателю хирургической антисептики Джозефу Листеру: высокий уровень смертности от послеоперационной «лихорадки» пошел на убыль, когда он ввел антисептическую практику и стерильную среду в больницах.

Крупнейший английский хирург и учёный, член Палаты лордов родился четвёртым ребёнком 5 апреля 1827. Учитывая, что аналогичные идеи И. Ф. Земмельвайса, высказанные на 20 лет раньше, не встретили понимания, именно к Листеру фактически восходит современная антисептика.

После окончания университета будущий «отец антисептической хирургии» был назначен в колледже университетской больницы на должность резидент-ассистента. Через некоторое время Джозеф переехал в Эдинбург, где устроился на работу в клинику Сайма. Именно в это время были впервые опубликованы его лекции 1854—1855 годов по клинической хирургии, которые посвящены по большей части офтальмологии.

Хирургом Листер стал лишь в 1858 году, устроившись на эту должность в Королевскую больницу Эдинбурга. Примерно в это же время он начал преподавать хирургию в университете. В 1860 году Джозеф в Глазго получил звание профессора хирургии.

В 1867 году под влиянием работ Луи Пастера по брожению, гниению и самопроизвольному зарождению в своём труде «О новом способе лечения переломов и гнойников с замечаниями о причинах нагноения» Листер предложил собственный антисептический метод. Причём его публично обвинили в том, что он «приписывает первое хирургическое применение карболовой кислоты» себе. Статья с обвинениями Листера в плагиате, видимо, принадлежала Джеймсу Симпсону (ввёл в клиническую практику хлороформ).

Листер возражал, что ранее он был не знаком с трудами французского фармацевта Жюля Лемера, «поскольку работа французского хирурга, похоже, не привлекла внимания представителей нашей профессии». Кроме того Листер указывал, что в его методе «новинкой было не применение карболовой кислоты в хирургии (на что я никогда не претендовал), а методы её применения с целью защитить заживающие раны от внешнего проникновения». Ознакомившись с работой Лемера, Листер также указывал, что французский медик слишком широко рекомендовал применение карболовой кислоты и не предлагал никакого метода или руководящего принципа использования, а также рекомендовал слишком слабый раствор кислоты.

В 1896 году Листер, заметный учёный, почётный член многих университетов и научных обществ, был назначен на должность председателя Королевского медицинского общества.

Джозеф Листер скончался 10 февраля 1912 года в английском городе Уолмер и был погребён в Вестминстерском аббатстве. В некрологе от имени Британской королевской коллегии хирургов было сказано: «Его спокойный характер, невозмутимый темперамент, непреклонная воля, безразличие к насмешкам, терпимость к враждебной критике — всё это сделало его благороднейшим человеком. Плоды его труда останутся навечно. Человечество будет благославлять его всегда, и слава его будет бессмертна».

Вторым «бессмертным» человеком, вошедшим в историю хирургии, стал Уильям Томас Грин Мортон. Американский врач-стоматолог впервые применил анестезию (вдыхание паров диэтилового эфира) в мирное время при удалении подчелюстной опухоли в 1846 году

Первым же анестезию — в военно-полевой хирургии — применил Николай Иванович Пирогов. До него пациентов или резали «на живую», или использовали иные «варварские» техники, поэтому Николай Иванович считается первым хирургом-«анестезиологом». Приемами, которые он придумал, пользуются до сих пор. Одна из самых главных его заслуг — отбор раненых. Пациентов «сортировали» по нескольким признакам: кому срочно нужна помощь, кому она уже не поможет, кому она нужна в самой малой степени... Его идея применяется до сих пор. Она родилась во время штурма аула Салты. И тогда же он применил во время операции наркоз при ампутации.

Анестезия была принята далеко не всеми: это были вещества наркотического действия, и бывали случаи, когда больной умирал от неверно рассчитанной дозировки, так как терапевтическое анестезирующее действие эфира не очень большое. А когда стали использовать хлороформ, поначалу ситуация складывалась еще хуже. Пройдет немало времени, прежде чем применение анестезии станет неотъемлемой частью любой операции. Но станет это возможным только благодаря Пирогову и проведенным в сложнейших условиях операциям.

С именем Николая Ивановича связано еще одно событие, вероятно, повлиявшее на ход истории.

В 1862 году Пирогов был направлен за границу, где осуществлял руководство обучающимися русскими кандидатами в профессора. Здесь он не только выполнял свои обязанности, выезжая в города, где обучались кандидаты, но и оказывал им, членам их семей и друзьям любую помощь, в том числе и медицинскую. Именно в это время в только что объединившейся Италии самым актуальным вопросом было освобождение Рима. Лидером этой борьбы стал известный на всю Европу революционер Джузеппе Гарибальди, который с небольшим отрядом отправился освобождать древнюю столицу. Его поход 1862 года не увенчался успехом, отряд был разбит, а сам Гарибальди был тяжело ранен и арестован.

Официальные власти Италии под давлением французского императора Наполеона III объявили Гарибальди мятежником. Джузеппе находился в заключении, но и через застенки стало известно, что состояние его здоровья ухудшается. Был организован сбор средств на его лечение, и было предложено пригласить для лечения Пирогова, который находился в Европе. От денег, предложенных в качестве гонорара, Николай Иванович отказался. Посещение Пироговым Гарибальди было очень своевременным. Он определил, что из раны не извлечена пуля, промедление могло привести к ампутации ноги. Фактически, русский врач спас Гарибальди жизнь. По рекомендации Пирогова итальянские власти освободили знаменитого пациента из заключения. Позже Гарибальди с благодарностью вспоминал этот визит.

Поступок Пирогова был в России воспринят неоднозначно: восторженно обществом и с крайним недовольством властью. Многие сочувствовали борцу за независимость Италии Гарибальди и восхищались им, да и образ владевших Римом австрийцев был не самым любимым в России. Властным же структурам это добавило лишние раздражители. Само австрийское правительство рассудило, что это очень предосудительный поступок. Под давлением Вены Пирогова отозвали из заграничной командировки. Николай Иванович вскоре после этого уехал в своё имение под Винницей. Здесь он открыл бесплатную клинику и продолжил врачебную практику. К «чудесному доктору» приезжали больные и страждущие из всех уголков Российской империи.

Академик РАЕН, доктор медицинских наук, профессор, лауреат Государственной премии РФ Матвеев Сергей Анатольевич добавляет: «Все новое всегда воспринимается неоднозначно. Заслуга Пирогова в том, что перед применением в операции он испытывал разные дозировки эфира на себе, а это, считайте, врачебный подвиг. Прежде чем давать наркоз раненому, он испытал на себе и подробно описал эти опыты в своем дневнике».

Также он разработал специальную маску для применения анестезии, и с этими идеями поехал на кавказский театр военных действий, чтобы испытать их уже непосредственно на практике.

Источники:

КОММЕНТАРИИ 0
Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий